[ВМ136] "Любимая уходит от меня..."

Любимая уходит от меня,
Как кокон в паутину, завершувшись
В свою печаль.
В её безмолвный мрак,
В глухое монастырское сиротство,
Куда мне хода нет.
Меня жалеет
Любимая моя, мой ангел нежный,
Измученный заботой и нуждой,
Мой кроткий, терпеливый, верный ангел,
Прощающий мне всех моих безумств
Неправоту, их смертную отраву,
Которой день остаток обречён.
Она глядит с тоской невыразимой,
Что ведома лишь ангелам скорбящим,
На прежнего далёкого меня,
Которому однажды подарила
Своей души сокровища благие,
Своей любви нетраченую ласку,
Сиянье глаз, единственных на свете,
Касанье рук, единственных на свете
(И сколько раз касаньем этих рук
Я в мир был возвращён из преисподней).
Теперь глядит любимая с печалью
На старую – несбывшуюся сказку,
На сломленный, полуживой цветок,
Невесть откуда в этот мир попавший,
И кто же в этом мире виноват,
Что нам, в сиротстве нашем неисходном,
В беспамятстве кладбищенской печали,
В безумстве ясновидений ненужных -
Неправедно казнящих, без вины,
И оттого – стократно беспощадных -
Ни мёда нам, ни жала!..
Чья вина,
Что я, взглянув на прожитую жизнь
Её глазами, – лишь своими плачу,
Хоть знаю: ей больнее во стократ.
А мне не суждено ту боль утешить
В предчувствии ухода – без прощанья:
В преддверии безгневной, кроткой казни,
Что пыток ада горше и больней.
Помолимся: пусть боль уйдёт из сердца
По-ангельски – безгневно, не прощаясь,
Не требуя, не ведая прощенья.
... А я останусь здесь, на берегу,
На острове довременной печали,
Над вороком истлевших праздных слов...
- Нет, нет! Не уходи – ещё секунду...
Оставь мне – что ты можешь мне оставить:
Улыбку, руку, взгляд, слезу, дыханье,
Чтоб мог я оставаться в мире этом,
В котором без тебя ни дня, ни ночи,
Ни сна, ни яви.
Только берег, кромка,
В лучащемся просвете темноты,
Где обожжёный и полуослепший
Я, всё бегу, протягивая руки
Вслед солнцу уходящему...
Зову,
Кричу – вернись!
Не слышит, не вернётся.