[ВМ108] Раздумье о мёртвых
О мертвых плачем. Только им не нужен
Наш плач. Они в могилу унесли
С собой и боль, и слезы, и обиды,
Укоры дня, раскаянья ночные,
Свои и наши – мысли и дела.
Все, что для нас они могли бы сделать,
И то, что мы не сделали для них.
Все – в прошлом.
Только боль невыносима
О мертвых плачем – плачем о себе.
Себя казним, бичуем, укоряем,
Открывшуюся рану бередим
Перед лицом разверзшейся могилы,
Которая закроется навеки.
– Навеки? Быть не может.
– Навсегда.
Но, может, тяжелей всего и жутче,
В сознанье невозвратности потери,
В необратимости того, что сталось
(Не с умершими – с нами... с нами, точно?),
Тот миг внезапный, странный – равновесья
Меж мертвым и живым, утрата чувства
И скорби, и утраты, и прощанья,
Как будто это мы лежим в могиле,
И жизни ход, дневная суета,
И эти речи, и венки, и лица
Заплаканные, скорбные – не наши,
И стук лопат, и чей-то вскрик протяжный
Уже из той, неведомой страны,
Куда сейчас бы нам уйти отрадно –
От этой нашей жизни беззаконной,
Неправедной, которую принять
Господь не хочет – вместо той, что взял,
Стократ достойнее и чище нашей.
Таков был суд Его. И грех – роптать.
Очнувшись, видим: солнце не погасло.
На небе – солнце. На земле – деревья,
Трава и реки, горы и пустыни,
Смеются дети, и спешат куда-то
<Безмолвно> озабоченные люди
(Точь-в-точь как сами мы вчера спешили,
Не ведая о том, что ждет нас завтра).
Вот прогудел вдали гудок протяжный,
О чем-то известив и нас и их...
Поймем ли?
А поняв – сказать ли сможем
В оцепененьи горя и разлуки?
Слова, песок. Гудок. Трава. Могила.
И солнце неподвижное на небе.
Покажется – застыло в небе солнце.
Как сами мы застыли – от безмерной
Тоски и горя. А они – песчинка,
Мгновенье, капля в океане мира,
В неисчислимости его скорбей,
Разлук и бед. Над ними только солнце,
Но и оно не вечно. Вот – сместилось.
Уходит, как положено, отмерив
Назначенную часть существованья
И нашего, и тех, кто после нас,
Быть может, нас оплачет, и других,
В безмерности иных тысячелетий,
Неведомых, последних... чей удел –
Увидеть умирающее Солнце
На кромке неоплаканной Земли.
II/1995
Сохранились ранние наброски к этому стихотворению:
О мертвых плачем мы. А им не нужен
Наш плач. Они в могилу унесли
С собой все слёзы, боли и обиды -
Большие, мелкие... упрёки и терзанья,
Свои и наши мысли – и дела,
Те, что для нас они могли бы сделать,
И те, что мы не сделали для них.
И тем, и тем земного нет исхода,
И плач не нужен. И не наш здесь суд.
*
О мёртвых плача – плачем о себе.
Себя казним, изводим, укоряем.
Открывшуюся рану бередим
Необратимостью того, что сталось -
Что было. Время – перестало быть.
Скончалось время – мы его хороним.
И стынут, умирают наши слёзы -
И ни одной, упавшей, не вернуть.
*
Нам кажется безмерной наша мука,
Хотя она – лишь малая песчинка
В необозримом океане скорби,
В неисчислимых бедствиях людских.
Кто за детей невинных смерть ответит?
Кто честь и стыд спасёт от поруганья?
Кто виноват в предательстве и лжи,
В убожестве калек и скорбных духом,
Чья жизнь влачится в сумерках предвечных,
А смерть – освобождающий исход...
*
Но остаются, чтоб страдать живые:
Ты, я, они – подумаем о них?
Где взять им силы внести страданья?
Их не спасёт рассудка помраченье,
Им не уйти от боли никуда,
Хотя бы в боль их разум обратился
Весь, без остатка... жить они должны
Сегодня, завтра... где-то рядом с нами,
Невидимые – на глазах у нас.
Готовые – как те – до погребенья
Без зова жить... и молча умереть.
*
Поплачем же о них – пока не поздно.
...................................